Цифровые деньги и какими они бывают

25-07-2019

Alipay, Libra, M-Pesa, WeChat Pay, стейблкоины – все это и многое другое все чаще появляется в кошельках (или вместо них) потребителей, а также привлекает пристальное внимание директивных органов. Но что это за деньги, деньги ли вообще и имеет ли это значение, действительно ли они несут выгоды и что тогда будет с банковским сектором, в котором традиционно создаются деньги, и какой будет реакция центральных банков? Свои ответы на эти вопросы предлагают эксперты МВФ, запустившие в июле серию тематических обзоров FinTech Notes о цифровой экономике. Первый выпуск посвящен цифровым деньгам.

Денежное дерево

«Сколько стоит чашка кофе?» 1 евро, $1, 10 юаней – вне зависимости от этого мы можем расплатиться местными купюрами или монетами, а можем просто взмахом банковской карты или экрана смартфона – последнее человеку из другого века показалось бы магией, пишут авторы FinTech Notes – директор департамента денежно-кредитных систем и рынков капитала МВФ Тобиас Адриан и его коллега Томмазо Манчини-Гриффоли. Но что, если кто-то зайдет в ту же кофейню и расплатится с помощью стейблкоина, приложения в мессенджере или цифровым токеном, обеспеченным золотом или облигациями казначейства США, – будем ли мы чувствовать себя рядом с ним человеком из прошлого века?

Чтобы разобраться, как работают новые платежные технологии и потенциальные способы оплаты, авторы обзора предлагают их категоризацию по пяти параметрам, используя концепцию «денежного дерева» (см. рисунок): тип, технология выпуска, стоимость, гарантирование, характер (что происходит при расчетах – передача объекта или передача прав).

Например, криптовалюта, как и наличные, отнесена к платежным средствам объектного характера: при их использовании достаточно проверки на подлинность без передачи какой-то дополнительной информации. В отличие от них, дебетовые карты и все электронные платежные средства, такие как китайские Alipay и WeChat Pay, восточноафриканская M-Pesa, работают путем передачи прав требований на активы, хранящиеся где-то еще. Это упрощает сам процесс расчета, но требует развитой инфраструктуры.

В зависимости от эмитента авторы классифицируют деньги как банковские (b-money), электронные (e-money), инвестиционные (i-money), деньги центрального банка (наличные и цифровые – Central Bank Digital Currency, CBDC) и криптовалюту.

Технологически все деньги могут быть централизованными (транзакции проходят через единый сервер) или же децентрализованными – транзакции с ними основаны на технологии распределенного реестра (Distributed Ledger Technology, DLT) и идут через несколько серверов, которые могут быть как ограничены приватными сетями (permissioned network), так и публично доступными (permissionless network, самый известный пример – Bitcoin).

Проведение платежа может быть опосредованно гарантировано государством, например для банковских инструментов, или же частными структурами – в большинстве остальных случаев.

Следующий параметр – стоимость: фиксированная или постоянная. Фиксированная гарантирует расчеты по предустановленному номиналу в определенных единицах, что позволяет сторонам транзакции легко согласовать стоимость требований: так, требование к банку в форме вклада на 10 евро может быть обменено на банкноту в 10 евро. Электронные средства платежа и обеспеченные фиатными деньгами стейблкоины также имеют фиксированный эквивалент в конкретной валюте. К последним относятся, например, коины Paxos, USD Coin, TrueUSD, создатели которых декларируют обеспечение их долларами 1:1.

Стоимость других цифровых денег непостоянна. Так, обеспеченные золотом, нефтью или другими товарно-сырьевыми активами стейблкоины переоцениваются вместе с соответствующими рынками, поэтому авторы относят их не к электронным, а к инвестиционным деньгам. Переменной, вероятно, будет и стоимость анонсированной недавно Facebook цифровой валюты Libra.

Цифровые риски

Если цифровые платежные средства будут иметь стабильную стоимость в единицах, которые устроят большинство пользователей, они могут довольно быстро распространиться, полагают авторы обзора. Вопрос – насколько они могут быть стабильны.

Особо рискованной выглядит публичная криптовалюта, не обеспеченная ни финансовыми, ни товарно-сырьевыми активами. Флуктуации цены Bitcoin примерно в 10 раз сильнее, чем у большинства валютных пар стран G7, и даже немного выше, чем у венесуэльского боливара к доллару. Этого недостатка лишены относительно новые и пока слабо распространенные управляемые коины, такие как Basis. Они по определению менее волатильны – алгоритм стабилизирует цену, увеличивая предложение коинов в ответ на рост спроса и снижая его в ответ на спад.

Однако здесь есть другая проблема: эмитенты скупают монеты, когда их стоимость низка, используя другие активы, и продают – когда высока. И если публичные коины сродни плавающему обменному курсу, то управляемые напоминают фиксированные обменные курсы, сравнивают авторы. И очень хорошо известно, чем заканчивается управление валютным курсом: когда ситуация в экономике ухудшается, центробанк может быстро исчерпать свои резервы, пытаясь поддержать курс национальной валюты. То же самое может произойти с провайдерами управляемых коинов.

Деньги центральных банков – наличные и CBDC – абсолютно стабильны в плане стоимости (номинальной), продолжают авторы, однако в их основе лежит платежеспособность правительств в реальном выражении: к сожалению, есть немало примеров стран, валюты которых обесценила гиперинфляция из-за попыток монетарного финансирования дефицита бюджета.

Стабильность небанковских электронных денег (e-money) проистекает от их гарантированного выкупа по номиналу. Однако поскольку они, в отличие от банковских денег (b-money), не имеют гарантий государства, то должны гарантировать стабильность стоимости в частном порядке за счет поддержки сильного баланса и определенных правовых структур. По сути, у e-money много общего со стабильными фондами с номинальной стоимостью чистых активов (constant net asset value, CNAV), которые обещают, что клиенты вернут себе по крайней мере вложенные деньги. Однако до банкротства Lehman инвесторы считали, что фонды вернут по доллару на каждый вложенный доллар, а получилось намного меньше, когда стоимость активов фондов рухнула вместе с рынком, напоминают авторы.

Электронные небанковские деньги имеют четыре специфических риска, перечисляют авторы: риск ликвидности, риск дефолта провайдера, рыночный риск (обесценивание активов на балансе провайдера) и риск обменного курса (если e-money предполагают право требования в валюте, отличной от национальной).

Регулирование этой сферы придется усиливать для обеспечения защиты потребителей и финансовой стабильности, заключают авторы. В частности, провайдеры электронных денег должны вкладывать средства в самые безопасные ликвидные активы, такие как краткосрочные гособлигации или, при появлении технической возможности, счета в центральных банках; ограничивать эмиссию, чтобы количество электронных денег не превышало объем привлеченных клиентских средств; не закладывать клиентские активы по своим кредитам и по возможности защищать их на случай собственного банкротства; держать достаточный объем капитала для покрытия потерь и гарантированного исполнения клиентских заявок.

Цифровое распространение

Даже если e-money не могут быть стабильными так же, как деньги банков и центральных банков, они все равно будут быстро распространяться, полагают авторы доклада.

Повсеместному внедрению платежных инноваций способствует несколько факторов, говорится в работе. С их помощью проще и дешевле проводить трансграничные платежи; они лучше, чем деньги банков, интегрированы в цифровую жизнь и выпускаются компаниями, которые лучше понимают потребности пользователей; транзакции с ними практически бесплатны и происходят немедленно; в некоторых странах цифровые технологии распространены больше, чем банковские услуги (например, в Кении пользуются M-Pesa 90% жителей старше 14 лет).

"Платежи – это не просто акт погашения долга. Это обмен, взаимодействие между людьми, фундаментально – это социальный опыт. <…> И да, платежи – это может быть весело: эмодзи, сообщения, фотографии и, возможно, рейтинги пользователей – все это не может быть отправлено с помощью дебетовой карты." (The Rise of Digital Money. IMF FinTech Note)

Наконец, огромное влияние оказывает сетевой эффект, пишут авторы, напоминая, как стремительно мир перешел от емейлов к мессенджерам, причем без всякого маркетингового продвижения со стороны последних. «Экономисты предупреждают: платежи – это не просто акт погашения долга», – пишут авторы обзора. Фундаментально – это социальный опыт, взаимодействие, и если два человека используют один способ платежа, то третий, скорее всего, присоединится. «И да, платежи – это может быть весело: эмодзи, сообщения, фотографии и, возможно, рейтинги пользователей – все это не может быть отправлено с помощью дебетовой карты», – пишут Адриан и Манчини-Гриффоли.

Банкам придется сражаться с новыми конкурентами, предлагая клиентам более выгодные условия и новые сервисы, ожидают авторы. Несмотря на лавинообразное распространение e-money, совсем банки не исчезнут – тем не менее определенные риски существуют и должны быть тщательно взвешены. Нормативно-правовую базу необходимо пересмотреть и усилить, советуют эксперты МВФ: например, финансовые услуги высокотехнологичных компаний могут классифицироваться и регулироваться как глобально-системные. Финтех-фирмы, предлагающие банковские услуги, должны регулироваться как банки; компании, чьи предложения эквивалентны услугам инвестфондов или брокеров-дилеров, должны регулироваться соответственно.

Кроме того, могут возникнуть риски для конфиденциальности, трансмиссии денежно-кредитной политики, политики как таковой в случае потери данных о трансграничных потоках капитала, риски финансовой целостности. Вероятны риски для конкуренции: крупные высокотехнологичные компании, уже располагающие дорогостоящей инфраструктурой и огромными массивами данных о пользователях, могут превратиться в естественные монополии и извлекать соответствующую ренту. Использование блокчейна и других децентрализованных технологий сильно усложнит исполнение международных требований по борьбе с отмыванием доходов и финансированием терроризма.

Три сценария для денег

Наиболее вероятный сценарий: небанковские и банковские электронные деньги будут сосуществовать, битва между ними продолжится. Банки часто находятся в сильной позиции: у них есть лояльные пользователи и сильные дистрибьюторские сети; они могут предлагать более высокие, чем небанковский сектор, ставки по вкладам, внедрять бесконтактные технологии оплаты с карт и смартфонов; кроме того, провайдеры e-money могут передавать в банки клиентские средства в виде, например, депозитных сертификатов и других форм краткосрочного финансирования, перечисляют эксперты МВФ.

Более фундаментальные изменения возможны за счет системы быстрых платежей, внедренных центральными банками уже во многих странах, – пример того, как сектор борется за пространство электронных платежей.

Некоторые банки, безусловно, останутся позади, но те, кто хочет развиваться, должны делать это быстро, советуют авторы обзора. В переходный период могут помочь центробанки, обеспечив ликвидность, если банки начнут быстро терять депозиты; банки также могут найти альтернативные формы финансирования – например, долговые.

Второй сценарий: провайдеры e-money станут дополнением к банкам. Это уже происходит в некоторых странах с низким уровнем дохода: сервисы e-money способствуют интеграции бедных домохозяйств в формальную экономику, знакомят их с новыми технологиями и побуждают перейти от простых платежей к пользованию кредитами, бухгалтерскими услугами, более сложными инструментами сбережений. Например, в Кении кредитование устойчиво росло в течение нескольких лет после 2008 г., когда в стране начали быстро распространяться электронные деньги. Партнерство возможно и в развитых странах: провайдеры e-money могут продавать банкам данные для скоринга заемщиков, а некоторые из крупных провайдеров сами вполне могут перейти в банковский бизнес, опираясь на свои накопленные данные и масштаб.

Третий сценарий предполагает кардинальную трансформацию банковского сектора из-за ухода розничных клиентов в небанковские платежные системы для расчетов и на рынки капитала для сбережений: кредитные и депозитные функции банков будут разделены между другими игроками. Это может положить конец традиционной модели, при которой банки большую часть привлеченных депозитов направляют на кредит частным лицам и компаниям, стимулируя экономический рост. Хотя этот сценарий наименее вероятен, на всякий случай лучше о нем подумать и попытаться сформировать другой вариант будущего, советуют авторы.

Роль центральных банков

Центральную роль в формировании этого будущего могли бы сыграть центральные банки, рассуждают эксперты МВФ.

Все банки имеют счета в центральном банке, и расчеты между ними осуществляются совершенно безопасным способом со счета на счет (через корреспондентские счета банков в центральном банке). Это не только ликвидирует риск межбанковских операций, но и обеспечивает совместимость платежей, и ни один банк не имеет преимуществ – а это важно для выравнивания игрового поля. Что, если те же равные условия игры и счета в центробанке предоставить провайдерам e-money – в той степени, в которой они будут удовлетворять определенным критериям и согласятся стать поднадзорными, как и банки, предлагают авторы.

Фактически примерно так уже делают Резервный банк Индии, Валютное управление Гонконга и Швейцарский национальный банк, Банк Англии обсуждает подобные перспективы. Народный банк Китая пошел еще дальше: он требует, чтобы крупные провайдеры платежных услуг, Alipay и WeChat Pay, хранили средства клиентов в центральном банке в форме резервов.

Наличие резервов в центробанке позволило бы провайдерам преодолеть рыночный риск и риск ликвидности и превратило бы их «в узкие банки», которые 100% своих обязательств покрывают резервами и не кредитуют частный сектор, а занимаются только расчетами, пишут авторы. Допуск провайдеров электронных денег к счетам в центробанке был бы важным политическим решением со своими преимуществами и рисками, но у него есть более важное следствие: создание CBDC.

Но только в версиях обсуждаемых CBDC центробанки являются основными операторами, отвечающими практически за все этапы – проверку клиентов, кошельков, разработку технологий и т.д., – каждый из которых повышает риск сбоев и кибератак, пишут авторы. Они предлагают другой подход – синтетические CBDC (sCBDC), основанные на государственно-частном партнерстве: центральный банк будет предлагать расчетные услуги провайдерам через свои счета, а все остальные функции будут выполнять сами провайдеры под строгим надзором центробанка. Разумеется, sCBDC в таком случае не смогут рассматриваться как продукт исключительно центробанка, но эта модель менее рисковая, считают авторы.

Станут ли sCBDC будущими деньгами центрального банка, будут ли они конкурировать с e-money – многое еще предстоит выяснить, и многое находится в руках регуляторов и предпринимателей, заключают авторы. Одно несомненно, уверены эксперты МВФ: инновации изменят ландшафт банкинга и денег – таких, какими мы их знаем.

Источник теста: https://econs.online/